Картины импрессионистов

Поль Сезанн

"Персики и груши".

Поль Сезанн: коллекция

Поль Сезанн: жизнь и творчество

Поль Сезанн в музеях

Поль Сезанн "Персики и груши" "Персики и груши". Конец 1880-х гг.
ГМИИ им. А.С. Пушкина, Москва.

"...Вторым важнейшим жанром Сезанна (после пейзажа) был натюрморт. Работы начала 1870-х годов еще несложны по расстановке предметов, и в них сквозит какая-то теплота, напоминающая о Шардене. К концу 1890-х годов натюрморты Сезанна усложняются, они нагружены разномасштабной утварью и фруктами, в них часто фигурирует цветастая драпировка, ниспадающая тяжелыми складками. Некоторые исследователи находят в натюрмортах этого времени барочные черты.

Принадлежащий Музею изобразительных искусств им. А.С.Пушкина натюрморт "Персики и груши" относится к концу 1880-х годов. Рассматривая его, вновь ощущаешь ту же внутреннюю напряженность, которой исполнены пейзажи художника. Здесь он сам себе задает урок, расставляет посуду, подкладывает мелкие монетки под фрукты, чтобы придать им разный наклон, выбирает точку зрения. Простой столик с выдвижным ящиком фигурирует в натюрмортах и в композициях с курильщиками десятки раз, но в каждой картине он служит площадкой для иного действа.

Предметы не напоминают о частной жизни художника, нет в них никаких ассоциаций (как было в ранней, подаренной Золя работе). Сила их и красота в сопоставлении простых форм и чистых цветов. В московском натюрморте струится волнами салфетка, смятая на столе, и, сопротивляясь ее движению, лежат тяжелые груши, слегка накренилась тарелка с персиками, а высокий молочник стоит устойчиво прямо, указуя своим носиком в левый верхний угол картины. Динамичность в натюрморте подчеркивает то, что на фоне его видна идущая под углом к краям столика нижняя часть стены с широкой синей полосой понизу. Пространство веером раскрывается слева направо, обтекая и обволакивая все предметы, создавая между ними некое напряженное поле. Легко заметить, что в картине отнюдь не соблюдаются правила прямой перспективы, совмещается несколько точек зрения - так откровенно этот прием в живописи до Сезанна не применялся. Стремился ли Сезанн быть реалистом и соблюсти особенности видения на близком расстоянии?.. Безусловно, ведь он хотел достичь "реализации" - адекватной передачи своего восприятия окружающего мира в живописи. Но едва ли картины художника обрели бы свое подлинное значение только благодаря интуитивно угаданной системе "перцептивной" перспективы. Понять цельную творческую самобытность Сезанна можно, лишь отрешившись от отдельных аналитических экскурсов в проблемы пространства, цвета и т.п. и рассматривая каждую его картину как некую реальность, созданную по аналогии с той реальностью, в которой мы живем, но все же существующую по своим законам.

В письме к Бернару, который стремился выяснить теоретические взгляды Сезанна, старый мастер написал слова, ставшие крылатыми: "Трактуйте природу посредством цилиндра, шара, конуса - и все в перспективном сокращении, то есть каждая сторона предмета, плана должна быть направлена к центральной точке. Линии, параллельные горизонту, передают протяженность, то есть выделяют кусок из природы или, если хотите, из картины, которую Pater Omnipotens Aeterne Deus ("Вечный всемогущий Бог") развертывает перед нашими глазами. Линии, перпендикулярные этому горизонту, дают глубину. А поскольку в природе мы, люди, воспринимаем больше глубину, чем поверхность, то необходимо вводить в колебания света, передаваемые красными и желтыми тонами, достаточное количество голубых, чтобы дать почувствовать воздух".

Первыми наследниками Сезанна стали кубисты, у которых жанр натюрморта, где формы предметов упрощались, а затем и разнимались на части, чтобы быть заново соединенными в картине, занимал важное место. Тогда критика, выступавшая в защиту кубистов, не раз цитировала вышеприведенное высказывание Сезанна о "цилиндре, шаре, конусе", однако следующие поколения историков искусства уже упрекали кубистов в том, что они взяли своим лозунгом изречение Сезанна, вырванное из всего контекста его творчества. Ныне рекомендация Сезанна Бернару рассматривается не как формула новаций мастера из Экса, но, напротив, как заурядный академический совет, наподобие тех, что содержались в те годы в руководствах по рисунку.

Конечно, художественная практика кубистов, в картинах которых появились геометризованные объемы, подтолкнула к тому, чтобы прочесть письмо Сезанна как формулу нового искусства. Сезанн никогда не был склонен к высказыванию теоретических взглядов и советы давал самые обыкновенные ("побольше ходите на этюды", "изучайте природу"), отсюда и его рекомендации Бернару по поводу "цилиндра, шара, конуса", носившие, очевидно, самый общий характер. Но в то же время Сезанн осознавал, что обогнал свое время, а в письме одному молодому художнику сетовал, что родился слишком рано. Представление о природе как о божественном мироздании (картине, созданной вечным всемогущим Богом), наверное, не позволило бы самому Сезанну встать на путь исканий, по которому пошли кубисты. Но, несомненно, он дал толчок их искусству..."

По материалам книги:
А.Перрюшо "Жизнь Сезанна" и послесловия К.Богемской. -  М.: "Радуга", 1991. - 351 с.






Rambler's Top100


Оригинал этого вебсайта расположен по адресу http://impressionnisme.narod.ru.